Больше трёх не собираться!..

Как в Кыргызстане относятся к памяти более 40 тысяч человек, расстрелянных, сосланных в лагеря без суда и следствия?

Только 18 января и 10 октября 2008 года – на десятилетия позже, чем в других постсоветских государствах – Жогорку Кенеш КР принял постановления об установлении в Кыргызстане 8 ноября Днем памяти жертв политических репрессий.

Почему в Кыргызстане об этом Дне знают немногие?

Молчит о нем подавляющее большинство местных телеканалов, радиостанций и газет. Всё меньше кыргызстанцев приезжает к захоронению репрессированных на «Ата-Бейите». Даже жители Бишкека не приходят к памятнику «жертвам массовых репрессий» у «Сейтека».

Почему незамеченным проходит этот День для сотрудников Аппарата Президента и Кабинета министров, депутатов Жогорку Кенеша?

7 ноября, в день самого главного праздника в их жизни, на дачу к Ивану и Марии приехали Окуневы – Елена и Михаил. Михаил был старше Елены на четыре года, а Иван и Мария были ровесниками. В этом, 38-м, им исполнилось 35. После утверждения Елены на Бюро ЦК КП (б) Киргизии прокурором города Фрунзе она взяла Марию к себе секретарем, а в августе 38-го Мария стала начальником отдела кадров прокуратуры Киргизской ССР. Снимок Елены Иосифовны Окуневой сегодня висит на третьем этаже городской прокуратуры – среди фотографий прокуроров города Фрунзе и Бишкека разных лет. У Марии и Ивана было двое детей, у Елены и Михаила – трое.

Какие пельмени они готовили, какую музыку слушали! Надо было еще «обмыть» новоселье Елены и Михаила. Отличная квартира на углу Дзержинского и Демьяна Бедного (Токтогула) – в новом, розовом доме с аркой!

Пока Иван Петрович был в командировке, Михаилу Борисовичу, его заму, пришлось исполнять его обязанности. Он подписал предписание № 83 и назначил дату расстрела 84 заключенных – 5 ноября. Вряд ли он запомнил их фамилии – Абдрахманов, Айтматов, Исакеев, Ли-Ха Сами, Магаз, Тыныстанов, Яцковский. Их тела сбросили в яму для обжига кирпича рядом с домом отдыха НКВД – слева, если ехать на Чон-Таш из города. А через три дня – сбросили еще. Сам Иван Петрович, уже после праздника, подпишет предписание №84 и назначит дату расстрела еще 53 заключенных: Гольцева Петра, Люфта Александра, Люфта Константина, Магая Андрея, Сарбанова Ченгиша, Сакенова Ниязалы…

…Приподняв иглу патефона, Иван Петрович опустил ее у правого края пластинки, сделал погромче и кивнул Михаилу. Какой марки были их наградные пистолеты от «ОГПУ-НКВД Центра»? Бельгийские браунинги? Или советские «ТК» – «Тульский конструкции Коровина»?

На втором этаже гремел патефон. Он заглушал выстрелы в подвале. Нарком внутренних дел Киргизской ССР, полковник Иван Петрович Лоцманов и его заместитель, полковник Михаил Борисович Окунев даже в выходные и в праздничные дни, не покладая рук, боролись с «этой нечистью – врагами всего советского народа».

Следы этих многочисленных «дачных развлечений» сотрудников НКВД и сегодня видны на стенах подвала бывшей дачи Лоцманова – небольшие, не раз побеленные углубления.

Сегодня «на даче Лоцманова» – в двухэтажном деревянном здании с обширной террасой, которая упирается в большой холм, живут офицеры Национальной гвардии с семьями. Приспособили они для себя и небольшой кирпичный домик – справа от входа на эту территорию. Сначала дома отдыха НКВД, потом – спортивно-оздоровительной базы «Чон-Таш». В этом домике – в одну маленькую комнату – жила семья сторожа дома отдыха Абыкана Кыдыралиева. Благодаря его дочери Бибире, мы узнали о месте захоронения жертв репрессий.

…Так было по всей стране. Скрывали преступления сотрудники НКВД одинаково: вывозили тела расстрелянных за город и закапывали их возле своих дач, домов отдыха, санаториев. Эти территории очень хорошо охранялись, посторонних не было никогда.

Постановлением правительства Кыргызской Республики

№633 от 22 ноября 2013 года Фонду Госимущества при правительстве «Ата-Бейит» «как имущественный комплекс с земельным участком площадью 3,087 га, штатной численностью сотрудников в количестве 16 единиц» с баланса мэрии было поручено передать… «в оперативное управление Министерства обороны Кыргызской Республики». Сегодня «Ата-Бейит» – …«структурное подразделение Национальной гвардии».

Пока думали – кого «нагрузить» мемориалом, своё дело делало не только время, но и наше преступное равнодушие. Ошибки тех, кто комплекс строил и проектировал.

Строило «Ата-Бейит» Министерство по чрезвычайным ситуациям и гражданской обороне. На всякие «мелочи» внимания не обращали. На грунтовые воды там, где ставили фундамент, опоры балкона, опоры «саркофага», здание музея. На солончак, который в этих местах – дело привычное.

Окончательно разрушена кирпичная кладка ямы для обжига кирпича. Которая 53 года была братской могилой для 138 «врагов народа». Неправильно установленный или неправильно задуманный прозрачный «колпак» окончательно уничтожил это единственное на земле Кыргызстана, уникальное историческое место. Документально установленное свидетельство преступлений сталинского режима против собственного народа.

Одна из частей Национальной гвардии располагается на бывшей территории дома отдыха НКВД уже 12 лет. Для того чтобы подняться к тому, что осталось от трагической ямы, надо доказать солдату-дежурному у шлагбаума, закрывающего путь, что ты не «японский шпион и не прилетел с другой планеты». Поговаривают, что некоторые из них даже требуют «плату за посещение».

…Копая котлован для своей новой столовой, гвардейцы обнаружили захоронение человеческих черепов и костей. То, что территория бывшего дома отдыха Наркомата внутренних дел Киргизской ССР, как и большая территория вокруг, полна человеческими останками – секрет небольшой.

12 июня 91-го, в первый день раскопок на Чон-Таше, председатель КГБ Республики Кыргызстан, генерал-майор Джумабек Асанкулов сделал заявление, опубликованное затем в газетах: «Возможно также предположение, что в районе ведущихся раскопок находится и другое групповое захоронение. Это предположение должно быть подтверждено или опровергнуто путем дальнейшего поиска доказательств. Мы продолжим эту работу».

Работу действительно проводить стали. Но совсем в другом направлении.

По распоряжению президента К. Бакиева в мемориальном комплексе жертв политических репрессий «Ата-Бейит» был похоронен писатель Чингиз Айтматов. По распоряжению и.о. президента Р. Отунбаевой – участники событий апреля 2010 года. Указом президента А. Атамбаева мемориальный комплекс «Ата-Бейит» станет историко-культурным. И в этом мемориальном комплексе будет построен мемориальный комплекс «Жертвам восстания 1916 года» с захоронением останков жертв восстания.

Да, конечно, надо торжественно захоронить останки жертв восстания 1916 года. Увековечить их память. Как и память умерших выдающихся людей Кыргызстана.

Но при чем здесь «Ата-Бейит»?

Организуйте такое место сами. Напротив «Ата-Бейита» – чистое поле, места для почетных захоронений хватит всем.

После кончины Чингиза Торекуловича мы старательно размываем первоначальный, очень личный и трагический смысл, который великий писатель вложил в свое название этого места на Чон-Таше. «Ата-Бейит» – это выстраданные слова тысяч сыновей и тысяч дочерей, которые, как и Чингиз Айтматов, всю жизнь искали могилы своих репрессированных отцов.

«Ата-Бейит» – мемориальный комплекс жертв политических репрессий. 137-ми, фамилии которых мы узнали, и десятков тысяч тех, чьи останки закопаны на территории бывшего дома отдыха НКВД, в соседних холмах, в известных и неизвестных нам местах массовых захоронений по всему Кыргызстану. Это – их место. Их символическое место. У них забрали всё: честное имя, семью, детей, имущество. И жизни – тоже. Оставьте им их 3,087 га.

В цивилизованном государстве с развитой политической культурой хотя бы элиты общества такое место должно быть неприкосновенно для последующих захоронений и строек.

Отныне и во веки веков. На территории бывшего дома отдыха давно пора сделать Музей жертв политических репрессий. А рядом с захоронением построить «Стену скорби» – фамилии и имена всех граждан, репрессированных в Киргизии в годы сталинского произвола.

Что знают о местах массовых захоронений жертв политических репрессий в регионах Кыргызстана? В конце прошлого века – начале этого еще были очевидцы и свидетели массовых преступлений сталинского режима. Еще назывались места массовых захоронений: кирпичный завод, Карагачевая роща в Бишкеке, возле Каракола, в окрестностях Нарына, за рекой, за поворотом на выезде из города, в урочищах Шаркыратма, Айгыржал, Жайлообак, Уу-Булак. Среди холмов поселка Южный в Оше. Массовое захоронение было обнаружено во время рытья котлована. И вскоре …заасфальтировано.

«Место содержания под стражей – Фрунзенская тюрьма №1 ОМЗ НКВД Киргизской ССР» – читала я во многих архивных документах.

О «бывшей тюрьме» по улице Логвиненко напротив «бывшей бани» (на этом месте сегодня – Институт кардиологии) знают уже немногие.

Сегодня это трагическое историческое место столицы суверенного Кыргызстана никак не обозначено. Память о невиновных людях, заключенных сюда за несовершенные преступления, здесь расстрелянных, продолжает исчезать у нас на глазах

Нет памятной доски, нет скромной стелы, которые давным-давно была обязана установить здесь мэрия столицы Кыргызстана.

Нет ничего в память о тех, кто страдал и погиб на месте домов, стоящих на костях.

Как-то всё это не по-людски. Не по-человечески.

Тему «Тоталитарный режим. Массовые репрессии» начинают изучать в 5-м классе. Продолжают в 9-м (один час) и в 11-м (один час), сдавая государственные экзамены по истории. В разговорах с учениками бишкекских школ я нередко узнаю что-то вроде: репрессированные – это воины Чингисхана, Чон-Таш – озеро, а Сталин – «был такой артист, но очень давно». Название «Ата-Бейит» даже большинству старшеклассников не говорит ничего.

День памяти жертв политических репрессий для миллиона школьников Кыргызстана – беззаботный, веселый день каникул.

Не Открытый Урок памяти. Не подведение итогов конкурсов на лучшее сочинение и рисунок на тему: «Эти страшные годы репрессий». Не рассказы о своей родословной (например, как, когда, почему приехали в Киргизию немцы, корейцы, народы Кавказа и т.д.): история семьи – история страны. История, как известно, наука мировоззренческая. О каком гражданском, нравственном воспитании школьников, молодежи Кыргызстана может идти речь?

…В минувшую субботу, под вечер, поехала к детскому центру «Сейтек», возле которого стоит памятник «Жертвам массовых репрессий». К которому с открытия в 97-м президентом Акаевым люди не приходили и не приходят.

Первое, что я увидела справа от памятника, были, извините, …попы. Три детских и одна взрослая. Спиной к памятнику, в нескольких шагах от него, взрослый дядя и трое детей качались на качелях. «Картина маслом», как говорил персонаж очень хорошего телефильма. Картина невозможная в цивилизованном государстве, культурном обществе. Хотя это – спиной к правде истории, спиной к памяти – было очень наглядно и символично.

Детская горка рядом с качелями пустовала, но несколько мам с колясками взяли памятник, который стоит на площадке в несколько шагов – и в длину и в ширину, почти в кольцо. Какие мероприятия можно проводить на этом пятачке, зажатом детской площадкой, зданием «Сейтека» и тротуаром?

То ли поставили памятник – то ли спрятали под елями… Устроители памятника стыдливо избежали слова «политические» перед словом «репрессии», и «ход их мыслей» оставался полицейским. Больше трех не собираться!

С увековечением памяти жертв политических репрессий Кыргызстан давно отстал практически от всех постсоветских государств.

31 марта мы видим в новостях, как проводят День памяти в Азербайджане. 31 мая – в Казахстане. 30 октября – в России. 2 ноября – в Белоруссии. В Узбекистане – 31 августа. В Украине – дважды в год: День памяти жертв политических репрессий отмечается в третье воскресенье мая, День памяти жертв Голодомора – в четвертую субботу ноября.

Дни памяти приняты в этих государствах не всегда постановлениями парламентов. Но обязательно – Указами президентов. Президент Кучма подписал Указ 26 ноября 1998 года. Президент Назарбаев – 5 апреля 1997 года. Президент Каримов –

1 мая 2001 года. В России День памяти Указом президента Ельцина отмечается с 1990 года.

Наше государство от Дня памяти «дистанцировалось» окончательно. Только мэрия Бишкека по традиции, заложенной еще мэром Бишкека Б. Силаевым, добровольно-принудительно привлекая бюджетников и студентов, не всегда 8 ноября, проводит на «Ата-Бейите» «Акцию памяти». Спасибо, как говорится, и за это.

«Гуляет по календарю» в календарь памятных дат Кыргызстана не внесенный, а потому кыргызстанцам совершенно неизвестный День памяти их родных, без вины уничтоженных государством.

В отличие от всех постсоветских государств День памяти жертв политических репрессий в суверенной Кыргызской Республике, которой идет 25-й год, есть только на бумаге.

Это наша реальность: во втором десятилетии ХХI века, в демократическом государстве помнить и отмечать день октябрьского переворота в России. А День памяти жертв политических репрессий (в том числе – и этого самого переворота) в собственном государстве?

7 ноября в России привело 8 ноября в Киргизии. И, как известно, не только в Киргизии. И не только 8 ноября.

К чему приводит наша «выборочная память»?

На «рабочем столе» моего компьютера есть файлы «Письмо президенту». «Письмо президенту-1», «Письмо президенту-2» и далее по счету. После открытого, опубликованного в «Общественном рейтинге» письма президенту Бакиеву в 2008-м и был установлен День памяти жертв политических репрессий. К сожалению, только постановлениями ЖК, а не Указом президента. В последующих – тоже открытых, опубликованных письмах последующим президентам – были две просьбы и их обоснования.

Издать Указ «Об установлении в Кыргызской Республике Дня памяти жертв политических репрессий». И установить по проспекту Чуй, с восточной стороны Дома дружбы (Ассамблеи народов Кыргызстана) Чон-Таш – Большой камень из черного гранита «Жертвам политических репрессий». В подвале этого здания, построенного в 1927 году для Центрального Исполнительного Комитета и Совнаркома Киргизской АССР, была тюрьма НКВД, комендатура которого стояла рядом, на углу Первомайской (Раззакова) и Пушкина.

«Заселение» подвала началось в августе 37-го, после приказа НКВД СССР № 00447, который дал начало Большому террору.

Начальники всех четырех тюрем Киргизии – во Фрунзе, Оше, Караколе и Нарыне – отказывались принимать заключенных и подследственных. Тюрьмы были переполнены до отказа.

Президент Р. Отунбаева на открытое письмо «Общественному рейтингу» не ответила.

После открытого письма президенту А. Атамбаеву меня пригласили в отдел Аппарата Президента. А после письма «закрытого», через почту, повторного я получила ответ… от заведующего отделом по работе с обращениями граждан Аппарата Президента Кыргызской Республики М. Абдылдаева. Хотя оба письма были адресованы президенту А. Атамбаеву лично.

…«правовых оснований для принятия Указа Президента Кыргызской Республики об установлении Дня памяти жертв политических репрессий в Кыргызской Республике не имеется».

«Главное» в ответе по поводу Камня-памятника специально для меня было выделено.

«В соответствии с п. 11 Положения о Комиссии по увековечению памяти выдающихся деятелей Кыргызской Республики при Правительстве Кыргызской Республики,… вопросы по увековечению памяти рассматриваются Комиссией по ходатайству государственных органов и органов местного самоуправления Кыргызской Республики».

…Думаю до сих пор: Аппарат президента Кыргызской Республики – государственный орган?

Откуда на 7-м этаже «Белого дома» такое стойкое, многолетнее, упорное равнодушие к трагическому периоду нашей истории, к бесчисленным человеческим страданиям, к памяти невинно убиенных?

Каждый ушедший от нас человек имеет право на память о себе. На памятник.

А сорок тысяч наших дедов, бабушек, отцов, матерей, братьев, сестер – оболганных, оклеветанных государством, уничтоженных, искалеченных им – имеют такое право?

И право на то, чтобы и государство, и общество, и все кыргызстанцы вспоминали их. Хотя бы раз в году. И приносили цветы к Большому Камню на проспекте Чуй, в центре Бишкека.

На улицу, которая при их жизни, безжалостно уничтоженной государством, называлась Сталина.

Регина ХЕЛИМСКАЯ

5 ноября 2015 г.

Источник: Общественный рейтинг